— 21 октября, 2021 —
 
Новый кризис

​Смертельная схватка в Латвии: русофобы против ксенофобов

победив русских, латыши взялись за шведов и англичан

Латвийский Центргосударственного языка возбудилдело о лишении мандатов трёх депутатовместных самоуправлений и одного мэраза недостаточное владение государственнымязыком. Одновременно с этим в Латвииярко разгорелся языковый скандал.

Обратите внимание, впервом абзаце нет никакого нарушениялогики. Выгнать из местного самоуправленияизбранных туда народом депутатов попричине недостаточного, по мнениюинспекции, знания госязыка уже давноне считается в Латвии скандалом – этосерые будни демократической европейскойстраны. Скандал же состоит в том, чтоМинистерство образования и науки неутвердило в должности ректоров сразудвух высших учебных заведений. Причинавсё та же – недостаточное знаниегосязыка.

Эрудированный читатель,знакомый с ситуацией в Латвии хотя быповерхностно, вполне может удивиться- а что же здесь скандального. В странепобедившей этнократии, где в пунктахотдельного закона уровни знания госязыкаподробно и с любовью расписаны для всехвозможных должностей, начиная от министраи заканчивая уборщицей или охранникомсвалки; где госязык на высшую категорию,т.е. на уровне родного, обязаны знатьучителя русских школ, воспитателирусских детсадов и журналисты русскихСМИ – что может быть странного вотстранении по этой же причине каких-торекторов, которые в соответствии свышеупомянутым законом обязаны знатьлатышский язык как свой, включая идиомы,пословицы и поговорки?

Всё дело встатусе опальных ВУЗов. Один –Стокгольмская школа экономики в Риге(SSE Riga), дочерняя структураодноимённой школы в собственно Стокгольме,финансируемая преимущественно изшведского бюджета и открытая в присутствиисоответствующего короля Карла XVI Густава.Обучение ведётся на традиционном дляШвеции английском языке, большинствопреподавателей и собственно ректорАндерс Палзов, естественно, шведы.

Надо сказать, что иранее языковые инспектора к этомуректору SSE приходили спроверкой неоднократно, но всякий разон посылал их подальше самым культурнымобразом. Ректор честно признавал своиошибки, выражал неизменную поддержкулатвийской независимости, сочувствиек трудной судьбе латышского народа,уважение к самобытной культуре и твёрдообещал освоить певучий местный языккак только, так сразу. Растроганныеинспектора уходили, утирая слёзынациональной гордости – и всё начиналосьсначала, культурно, спокойно, вежливо,по-европейски. Вся эта бодяга совершенноне мешала Палзову неоднократнопереутверждаться в своей должностиначиная с 1999 года.

Примерно то же происходилои с другим ВУЗом, Рижской высшей школойправа (RGSL) – за темисключением, что финансировалась онана паях Латвией, Швецией и фондом Сороса,а теперь является независимымподразделением Латвийского университета.Обучают здесь также исключительно наанглийском, только отстранённый ректор– британец Мел Кенни.

Но если всё было такхорошо, что же случилось вдруг? А случилосьдавно предсказанное и ожидаемоестолкновение русофобов и ксенофобов,т.е. тех, кто не любит конкретно русских,но готов раствориться в европейскомблагоденствии, и тех, кто не любит вообщевсех иных. Ранее такое столкновениепроявилось в вопросе приёма беженцев– латыши, как и их политические элиты,раскололись на две неравные части сподавляющим преобладанием ксенофобов.Теперь такое столкновение проявилосебя в области высшего образования какбизнеса.

Закон о государственномязыке, сочинённый в другую эпоху, впервую очередь имел целью облегчитьлатышам конкуренцию за самые выгодныепозиции в политике, экономике, науке ивсех прочих сферах деятельности. Этосовершенно не означает, что такихвыгодных позиций хватает на всех латышей,но согласитесь - жить становится гораздовеселее, когда на какое-то выгодноеместо претендуют только шесть конкурентоввместо десяти. Безусловно, закон огосязыке имел и символическое значение– такого торжествующего чувстваизбранности этнические активисты неиспытывали со времён массового уничтоженияевреев и формирования двух дивизий СС– но этот аспект является для них скорееприятным побочным эффектом.

Точно такой же былацель и у Закона о гражданстве, лишившегобольшинство нелатышей всех политическихи многих экономических прав. Оба этизакона оказались абсолютно успешнойрусофобской нормой и полностью обеспечилигегемонию латышей – так, в области,например, государственного и муниципальногоуправления доля нелатышей колеблетсяоколо пяти процентов, хотя всего нелатышейв Латвии около сорока процентов. А впарламенте у партии, теоретическипредставляющей интересы русскоязычных,двадцать четыре места из ста, хотя принормальном положении дел должно былобыть около сорока. В бизнесе это назвалибы недобросовестной конкуренцией.

Ситуация стала менятьсяпосле вступления Латвии в Евросоюз. Дотого любое западное присутствие в Латвиипринималось с пиететом, а НастоящимБелым Людям всегда позволялось больше,чем «этим русским» - примерно так, какэто описано выше. Но вскоре послевступления в ЕС выяснилось, что иностранцымогут составить неприятную конкуренциюлатышам за те позиции, которые они ужебыло считали гарантированно своими. Вчастности – в сфере высшего образования.

Эти две высшие школысравнительно невелики – каждая ежегоднонабирает менее полутора сотен студентов.Но в условиях снижения населения Латвии,в том числе (и особенно!) интенсивнойэмиграции молодёжи, для прочих латвийскихВУЗов гарантированная потеря этих почтитрёхсот абитуриентов в год означает нетолько недобор выручки, но и опаснуютенденцию. Получается, на рынок высшегообразования свободно могут заходить иевропейские ВУЗы, и европейскиепреподаватели, и даже ректоры – ведьграждане ЕС в Латвии имеют равные правас латышами, а значит, Закон о гражданствебольше не может гарантировать имсохранение конкурентных преимуществ.

В этой ситуации последнейлинией обороны для них остаётся Законо языке, и ксенофобы не намерены сдаваться.Правящая трёхпартийная коалицияраскололась. «Один закон —одна справедливость для всех. Есличиновник, которому по закону надо знатьгосязык, его не знает, то должность надопокинуть. Точка» - мнение одного изруководителей Национального объединенияЯниса Иесалниекса. "Я не представляю,как вузом может руководить ректор, скоторым мы не можем разговаривать"– высказался премьер-министр, представительСоюза зелёных и крестьян Марис Кучинскис.

Русофобы, противникиксенофобов, сосредоточились в партииЕдинство. Именно представитель этойпартии, прошлый министр образования,ныне депутат Сейма и глава комиссии пообразованию Илзе Винькеле, уже полгодапытается разработать поправки к Законуо высшем образовании, да вот беда –представители латвийских ВУЗов упорносопротивляются невыгодным для нихновшествам.

С уклонистами в ксенофобиюв своих рядах русофобы поступаютрешительно. На нынешнего министраобразования Карлиса Шадурскиса состороны однопартийцев было оказанодавление и характер его заявлений резкопоменялся на прямо противоположный.Ещё неделю назад он утверждал: оставитьректоров на своих местах означало быпризнание, что латышский язык не годендля образования в ВУЗах, а ректор можетполноценно работать без знания госязыка.И вдруг после встречи с ректором SSEШадурскис тем же самым ртом сообщает,что ректор латышский язык знает неплохо,поэтому… следует упорядочить нормативнуюбазу таким образом, чтобы ему не пришлось(!) сдавать экзамен на знание госязыка.Странная логика – если знания неплохи,то и экзамен не должен быть проблемой.Это потрясающая трансформация дляКарлиса Шадурскиса, особенно есливспомнить, что он пришёл на свой пост ствёрдой решимостью полностью латышизироватьвсе русские школы к следующему году.

Сам же ректор SSEАндерс Палзов, который вполне бодроможет на латышском языке поздороватьсяи попрощаться, не имеет иллюзий о том,в какой стране он работает уже почтидвадцать лет: «Должен отметить, что мойуровень знаний латышского языка илатвийской политики достаточен, чтобыя мог понять, что нас используют вполитических играх».

В этой истории ксенофобыс русофобами оказались в позициицугцванга – кто бы из них ни победил,хуже будет обеим сторонам. Бедой дляустановившегося этнократическогорежима является не победа одной изсторон, а сам конфликт, слишком заметновытащивший на всеобщее обозрение егородовые пятна. Бороться с европейцамипутём самобытной дискриминации – совсемне то же самое, что дискриминация каких-товарварских русских, поддержкипрогрессивного человечества тут недождёшься. Победа ксенофобов хотьнемного, но ухудшит отношения Латвии иЕС и ещё больше отбросит Латвию впровинциальность. Победа русофобов,разрешивших работу без знания госязыка,рано или поздно поставит вопрос о самомстатусе и роли госязыка.

Ну а русскоязычныежители Латвии, глядя на этот цирк, должныпожелать обеим противостоящим сторонамбольшей энергии и непримиримойпринципиальности в этой борьбе. Сожритедруг друга.