— 06 августа, 2021 —
 
Общество

Как мы общаемся: блейминг распивочно и навынос

К недостаткам, убивающим аргументы, относятся: любые возраст, национальность, профессия, вероисповедание, политические взгляды, матримониальное состояние, доход

Приобсуждении любой идеи в российскомкоммуникативном поле в последние годыне раз наблюдала, как самые аргументированныепозиции бывали повержены в прахсногсшибательными аргументами немыслимоновой формации: а ты кто такой?

Вот человек пишет хоть орассекречивании документов по убийствуКеннеди, а ей – ррраз в нос! – неубиваемыйаргумент: мол, нос у неё не той формы.Или вес неподходящий. Или размер лифчика.Ну, так ему, оппоненту, кажется. Из реплики подпоручика в «Белом солнце пустыни»известно, что гранаты бывают не тойсистемы. Вот так и здесь с носом, иливесом, или бюстом неувязка. Очевидноже, что таких, с неувязанным носом, ростоми прочими непродвинутыми причиндаламинельзя слушать, игнорирование ихаргументов, дискриминация и сегрегация– просто обязанность каждого нормальногогражданина. Потому что в то время, когданаши космические корабли бороздятпросторы Вселенной, некоторыенесознательные гражданки носят нос ибюст не той системы и должны бытьзаклеймены позором.

Занявшись каталогизацией подобныхаргументов, чаще всего используемых ввиртуальных боях, выяснила про себястрашные вещи. Оказывается, я родиласьс неправильным полом, ибо хорошо известно,что «все бабы дуры». Сегодня пол меняют,но бежать к хирургам бессмысленно:оставь надежду всяк сюда входящий.Потому что к радикальным недостаткам,из-за которых не канают никакиерациональные аргументы, также относятся:любые возраст, национальность, профессия,вероисповедание, политические взгляды,матримониальное состояние, доход, неговоря уж о тревожной форме носа,внезапном размере бюстгальтера иприбабахнутом объёме бёдер.

«Аргумент» порченым возрастомназывается в кальке с английскогоэйджизмом (age– возраст). Если оппонент молод, егоможно называть сынком и молокососом,если чуть старше – маразматическимстариком. Ежу понятно, что внимать словамтаковских просто смешно.

Будьте готовы к тому, что и вашанациональность всегда подозрительна.Особенное опасение внушают люди,заявившие, что они – евреи («а-а, тогдавсё понятно») или русские («ну черносотенцы,казаки ряженые, кокошники смазные,квасные скрепы, ясен пень»). Но и татараммогут припомнить татаро-монгольскоеиго, и турка ткнуть разгромом Византии,и украинца – Бандерой в бок, и грузинапопрекнуть Сталиным. Лично мне, помнится,после грузино-абхазского военногоконфликта и памятуя о темпераменте,приписывали очень сложную национальность:она, писали, наполовину еврейка, начетверть грузинка и на четверть –цыганка. Разубедить таких «писателей»невозможно, они про тебя всё знаютточнее, чем в аптеке.

Выяснила также, что профессия уменя глупая – философ я по диплому,культуролог по роду научных интересов.И вправду, кто может быть глупее философа?Понятно же, что любой слесарь-сантехникумнее. Потому что он разберётся в моихгегелях с моголями на раз, а я с сантехникойбуду возиться долго. Конгресс, немцыкакие-то… голова пухнет. И с культур-мультурони всё зна-а-ают, в ваших тиянтерах,говорят, все кривляются-притворяются,чего-то из себя изображают, а сами фу-фуи воруют.

Моё вероисповедание оказалосьханжеством, потому что другихвероисповеданий не бывает, это воинствующиебезбожники знают тоже точно. НикогдаШтирлиц не был так близок к провалу.

Проблематична также сексуальнаяориентация. Потому что выяснить еёнесколько затруднительно. Правда, и безвыяснения реалий заклеймитьмужчину-оппонента ярлыком педерастатруда не составляет, потому что лёгкостьв мыслях необыкновенная. К тому жегетеросекуальность для одних, скучнотрадиционных, – достижение, которымследует гордиться, хотя ориентациядаётся природой и ею гордиться глупо,для других, напротив, – отсталость,которой надо стыдиться как порока.

Для принятия или отверженияаргументов при обсуждении сложныхсоциальных событий и явлений важнейшимаргументом оказывается также – и ктобы мог подумать? – ваше матримониальноесостояние. Это в характеристике Штирлицабыло легко написать нейтральное: холост.И о сегодняшнем мужчине, разведённомили неженатом, говорят: свободный. А вотженщина виновата всегда: незамужняя –значит, никому не нужна, разведённая –брошенка, не разглашаешь сведения отвоём приватном пространстве – ну точнонезамужняя уродина. Но если ты и состоишьв браке, то зашибись: «все бабы…» (см.выше), что в Европе в публичной сферепорицают как сексизм, т.е. дискриминациюпо половому признаку (в непубличныхпространствах и там сексистов хватает),а у нас считают вполне светским аргументом.На днях в дискуссии о школьном предметепо нравственному воспитанию одинперсонаж мне, матери двух сыновей ипедагогу, заявил, что разговаривать сомной не о чем, потому что, как он уверен,я старая злобная дева. И вообще людистарше него все маразматики по возрасту,а православные – сумасшедшие независимоот возраста. Ну, так он видит. Собственныепредставления о нравственных основахсемейной жизни он изложил в этой жетеме: скрепы брака – ложь, беспорядочныесвязи, проститутки. Абзац.

Огромному количеству людей,чтобы принимать во внимание мои доводыпо любому вопросу, нужно знать мой доход.Если он выше их дохода, следует заявитьв налоговую, пущай проверяют, если ниже– я нищебродка и внимания не стоюпо определению.

Политические взгляды мои, какмне объяснили, отличаются неустойчивостью,хотя характер мой – нордический,выдержанный. Как у той гестаповки, чтопытала радистку Кэт. Беспощадна к врагамРейха (вычеркнуто) к оппонентам. Дляэтих я слишком радикальна. Для других,ультралевых, – радикальна недостаточно.Для наших правых – вообще консерватори охранитель. В общем, негодящая. Дальшеначинается уже совершенный художественныйсвист. Для одних я коммунистка, к гадалкене ходи. Для других – член какой-нибудьбуржуйской партии. Для третьих –либералка, для четвёртых «совок» – вототвратительное слово; это надо совсемне иметь языкового чутья, чтобы придуматьи употреблять таковское. Для пятых ястала «цивилизованной» после того, какпреподавала несколько лет в «цивилизованныхстранах», а до того, невзирая на степеньи звания, «цивилизованной», видимо, небыла (ещё одно чудовищное выражение;как будто в России нет своей цивилизации).Для шестых, обманутых в 90-е внедрявшимсяв России культом Запада и сегодняметнувшихся, как маятник, к прямопротивоположным взглядам, любые моиссылки даже на позитивный опытзападноевропейских стран – поводзаписать меня в «пятую колонну». Экстазчислительных.

И всё это, как пишут в любовныхроманах, мой оппонент говорит и говорит,не покладая уст и страстно вращаямечтательными очами, а его пронзительныйвзгляд спёр в моём зобу дыханье. Изамолкаешь при таких аргументах ввосхищении и восторге.

Приходится констатировать:прежние оппоненты закончились, новыхне завезли, бери что дают. Что это? Кемзадана мода на невежество, бесцеремонностьи совершенное безумие, которые вышлииз подвалов и с рынков и снова формуютвсеобщее коммуникативное пространство,как сто, сто пятьдесят лет назад? Нашакультура никогда не страдала избыточнымуважением к человеку, но ведь такое ивпрямь чересчур. Почему отсутствуютдаже намёки на попытки соблюдениядушевной и интеллектуальной гигиены?Кто виноват, что виноваты все вокруг,кроме тебя любимого? Подобное обвиновачениеприходится опять же называть калькированнымсловом «блейминг» (blame– обвинять), ибо удобного родного словадля этого явления нет. Но само явлениеизвестно, и ответ нахожу у Михаила нашегоЕвграфовича Салтыкова-Щедрина: «идётчумазый! Идёт и на вопрос: что естьистина? твёрдо и неукоснительно ответит:распивочно и навынос!» И далее о «новомчеловеке» нарождающегося буржуазногостроя в атомизированном обществе скатастрофически понижающимся культурнымуровнем, где неизбежна сегрегация ивойна всех против всех: «"Чумазыйчеловек" в виду у всех; человек свежий,непреклонный и расторопный, который,наверное, освободит охранителей отполовины гнетущей их обузы. Нет нужды,что он ещё недостаточно поскоблился,что он не тронут наукой и равнодушен кпамятникам искусства, что на знамениего только одна надпись читаетсяявственно: распивочно и навынос...Охранитель видит в этом не препятствие,но залог. Чем меньше бродит в обществепревыспренностей, тем прочнее оно стоит– это истина,которая ныне бьёт в глаза даже будочникам.Что такое "общество"? –это фикция и больше ничего. Об этойфикции от времени до времени упоминается,потому что совсем забыть о ней как-тосовестно, но, в сущности... Ах, тем-то ведьи дорог "чумазый человек", что, имеяего под рукой, обо всех вообще фикцияхнавсегда можно забыть, и нисколько небудет совестно. Ему ни "общество",ни "отечество", ни "правда",ни "свобода" –ничто ему доподлинно неизвестно! Емуизвестен только грош –ну и пускай он наделает из него пятаков!»

Меж тем, всякий социум держитсясолидарностью своих членов и цветущейсложностью отношений. Свободабез авторитета оказывается анархией,авторитет без свободы – тиранией. Мнеодной кажется, что от первой без антрактамы мгновенно перешли ко второй?