— 13 мая, 2021 —
 
Новый кризис

Новый курс США: общий рынок закрыт, все ушли на фронт

Можно подвести промежуточные итоги и посчитать, загибая пальцы на руках

Донедавнего времени основой антикризиснойстратегии США считалась финансоваяраскачка рынка. 10 декабря произошлособытие, которое заставило взглянутьна политику Вашингтона под другим углом.Подводя итоги недели, Управлениеэнергетической информации США сообщилоо превышении (впервые за последние 75лет) экспорта нефти над импортом.

Соединениефинансового и энергетического фактороввывело ситуацию на принципиально инойуровень. Стало понятно, что в качествеантикризисной стратегии США используютэкономическую модель начала прошлоговека. Следуя аналогии с Великой депрессиейстратегию эту можно назвать «Новыйкурс-2.0»…

ИГРАВ ОДНИ ВОРОТА

Управлениеэнергетической информации США, конечно,озадачило рынок, но ненадолго. Выяснилось,что превышение экспорта нефти надимпортом на 201 000 баррелей в деньучитывает экспорт нефтепродуктов.Потребность американских НПЗ в 17 млн.барр. нефти в день никуда не делась, авместе с ней остался и ежедневный импортобъемом в 7 млн. б\д.

Сенсацияоказалась бумажным чудом статистики,и финансовый рынок ее не заметил. Однако«мировое экспертное сообщество» успелоотметиться заявлениями о «беспрецедентномбуме в американской нефтедобыче» и«энергетической независимости США».Заявления спорные, но симптоматичные,вскрывающие суть большой игры.

Можно,конечно, продолжать, как это у наспринято, подтрунивать над ДональдомТрампом и его прической. Можно восклицатьо сумасшествии Америки, как это принятона Западе. А можно подвести промежуточныеитоги и посчитать, загибая пальцы наруках.

Бизнесв США растет – раз.Мексика и Канада согласились пересмотретьусловия НАФТА – два.Бразилия после отставки Дилмы Русефразвернулась (из аббревиатуры БРИКСвыпали первая и последняя буква) – три.Европа встала на колени, подписавсоглашение СЕТА с Канадой (затянувшийсяБрекзит надолго лишил ЕС содержательнойповестки, Германию низвели до региональногостатуса) – четыре.Саудовская Аравия подтвердила своюроль пристяжной на Ближнем Востоке(Катар поставили на место, строительствотрубы из Ирана через Сирию в Европузаблокировали) – пять.

Пальцыостались только на второй руке. А тамТурция, Иран, Россия, Китай…

Сегодняуже очевидно, что архитекторглобального проекта под названием«Ресурсы в обмен на технологии и мировойпорядок» начал его демонтаж. Можносказать: проект закрыт, все ушли нафронт. Однако это не означает, чтоВашингтон отказался от политикигегемонизма, свидетельством чемувышеприведенные пять пунктов.

Сутевымсодержанием политики Трампа являетсяне урезание глобалистских устремленийСША, а консолидация конкурентныхпреимуществ. Выход из режима торговыхвойн обусловлен не поведениемсанкционированных стран (их согласиемили несогласием играть по американскимправилам), а уровнем конкурентоспособностиСША.

Иначеговоря, причина разрушения существующихмеждународных правил и норм не в ядернойпрограмме Ирана, Скрипалях, Украине илиприсоединении Крыма к России. Причинавнутри США (проигрыш в глобальной гонкеза лидерство). Перевод мирового рынкаиз общедоступного режима в санкционныйпродиктован не столько политическимсвоеволием развивающихся стран, сколькобыстрым ростом их экономик.

Запад,считающий себя культурным центром мира,вдруг осознал, что богатство и моральноелидерство медленно, но верно переезжаетк вчерашним «лузерам».

Наканунекризиса 2008 года моделированиеВсемирного Банка показывало, что присохранении общего (открытого) доступак финансовому рынку Китай к 2025 годубудет давать более 30% роста мировойэкономики. А вклад Китая и Индии в мировойрост в 2 раза превысит вклад США и ЕС.

Экономическимростом дело не ограничивалось.Консолидировавсвои ресурсы в рамках существующейфинансовой системы (окрепнув политически),Россия и Китай заявили о праве навоенно-политический контроль над своимжизненным пространством (Осетия, Сирия,Украина, острова Спратли, Мьянма и т.д.).

ДляСША проявленные Китаем и Россией амбицииозначали (ни много, ни мало) войну.Пересмотр международных отношений(перераспределение влияния в пользу«новых центров силы») в перспективенеизбежно ведет к перераспределениюэффектов роста мировой экономики(мировая прибыль).

Угрозапотери операционного контроля надмировой экономикой (следовательно,мирового господства) заставила СШАприступить к слому всех (политические,торговые, инвестиционные, военные)правил прежней игры и начать новую игрупо двум ключевым для глобального рынканаправлениям.

ФИНАНСОВЫЙУДАР

Глобализациявопреки планам авторов не перестроилаобщественные основы (ценности, политическиецели и, производственные цепочки). Общийрынок сложился и существует исключительнов виде финансовых спекуляций. Регуляторомэтого рынка является Комиссия по ценнымбумагам и биржам США (TheUnitedStatesSecuritiesandExchangeCommission).

Китайи Россия, с точки зрения США, не обладаютдостаточным уровнем ответственности(субъективный взгляд) и необходимымиинститутами (объективная оценка) дляравного с ними участия в глобальномуправлении (Globalgovernance).Однако финансовая конструкция мировогорынка, на которую США в своих выводахопираются, не соответствует политической,а главное, промышленной картине мира.

Общаякредитно-денежная пирамида требуетединого центра принятия решений и ихлегитимации (тут США правы), но политический(ООН) и экономический (ВТО) согласительныймеханизмы сложились в условиях биполярногомира, предусматривают относительноравноправное в них участие всех стран(ялтинско-потсдамский мир).

Пофакту в условиях нестыковки финансовогои реального мира у США было два сценариядействий. Согласиться с требованиямиКитая и России или начать подрыв своихобещаний (чужие ожидания). Начали США сключевого для существующего глобальногорынка (а главное, подконтрольного им на100%) ресурса – с финансов.

Сегодняможно уверенно говорить, что кризис2008 года и продолжающаяся до сих поррецессия носят не циклический, арукотворный характер. Сложившуюся намомент кризиса модель глобального рынка(международная система разделениятруда) США создавали политическимиметодами (собственноручно), и они же ееразбалансировали.

Действительносвободный рынок труда должен был привестик качественно иной конструкции. Вместопереезда производства в Китай мирстолкнулся бы с великим переселениемнародов. Строительство новых заводов,перенастройка банковской системы,налаживание технологий, выстраиваниелогистики и обучение аборигенов, –процессы затратные. Переезд рабочейсилы гораздо дешевле: узелок в руки, ив трюм сухогруза.

Действительносвободный рынок труда ведет к чудовищнымсоциальным дисбалансам и политическимпотрясениям (Европа сегодня, и США,которые никак не могут устранитьпоследствия рабства). Дешевая рабочаясила из Латинской Америки (Африки, Азии),попадая в дорогую социальную среду СШАи Европы, моментально (волшебным, с точкизрения экономики, образом) перестаетбыть таковой. Исчезает эффект дефляционногороста («экспорт нищеты») – источникпотребительского роста Запада последниекак минимум 30 лет.

Масштабнаяэмиссия, которую ФРС США запустили в2008 году, была не ответом на кризис, аупреждающим ударом по нейтрализацииустремлений Китая и России. В ходе трехпрограмм количественного смягченияФРС напечатала около 7 трлн. $. Согласнооценкам Счетной Палаты США, забалансоваяэмиссия достигла 14 трлн. $. Для сравнения,в конце прошлого века вся мироваяналичность составляла вдвое меньшуюсумму.

«Вертолетныеденьги» использовались для обратноговыкупа активов у проникших в акционерныйкапитал ТНК (святая святых Запада)нуворишей из новых экономик (арабы,русские, китайцы, индийцы). В реальнуюэкономику эти деньги не пошли (не сталиспособом выхода из кризиса). Санкции иторговые войны ограничили зону инвестицийрадиусом действия американской палубнойавиации.

Тутнадо отметить, что перед финансистамиизначально не ставилось цель выхода изкризиса. Как было сказано на одном иззаседаний Базельского комитета побанковскому надзору (финансовая G-30),количественное смягчение – это способпокупки времени (отсрочка), реальноерешение проблемы лежит в политическойплоскости.

Вэтом смысле, девиантное поведение Трампав вопросах регулирования мировых рынков(финансы, торговля) это не самодурствоили неадекватность. Действия Трампалишь доказывают право США на манипуляциисо сбережениями других стран.

(Какпример, перед кризисом резервы Китаясоставляли 3,8 трлн. $, а в США они едвадостигали 12 миллиардов. Сегодня по этомупоказателю страны сравнялись).

СШАне просто не справились с возникшими входе финансовой глобализации вызовами,как нам пытается это представить«международное экспертное сообщество».США осознанно и целенаправленноотказались инвестировать в политическиестратегии новых экономик. Причинакризиса 2008 года и мировой рецессии внеудовлетворенных (нереализованных)амбициях Китая и России.

Заявивна словах о суверенности, Китай и Россияна деле остаются зависимыми от американскихфинансовых институтов (часть общейсистемы). В условиях политическогоразлада США не могут запустить не толькообщий промышленный проект, но и свойсобственный. «Лишние» деньги пузырятсяи поднимают капитализацию американскойэкономики до заоблачных высот, блокируяпроизводственную активность. Канада сМексикой в рамках новой НАФТА даритнадежду, но не более того.

Мотормировой экономики заглох. Англосаксонскийинвестиционный механизм уперся всоцио-культурные барьеры, процедурасогласования которых в нем не предусмотрена.Рост фондового рынка симулирует деловуюактивность. Из каждых 100 $, пересекающихсегодня со скоростью операционнойсистемы компьютера границы и океаны,только 2 $ привязаны к реальным торговымоперациям.

Выводочевиден: кооперация мировой экономикина базе финансовой интеграции провалилась.Попытка внедрить единый регулирующийстандарт на основе правовой системыСША обрела сначала имперский (силовой)характер, потом уперлась в Сирии и наУкраине в равный военный потенциал ирухнула под ударами русских «Калибров».Проблема «лишних» денег при этом никудане делась, а только усугубилась.

Вследза ФРС США свои программы количественногосмягчения запустили ЕС, Англия и Япония.С 2008 года объем мировой денежной массыв долларовом выражении вырос на 40%.Деньги висят на банковских балансах,порождая феномен отрицательных ставокпо депозитам (отрицательное сальдобудущего). Должно что-то произойти, чтобыони стали работать, иначе вместе с ними«сгорят» сбережения мировой экономики.

Чтоможет произойти? Что должно стать неким«часом Х»?

Привлекательныйдля мирового роста промышленный проекту США отсутствует, а новый форматфинансовых отношений, закрепляющийправо инвестора на извлечение прибылив любой форме и объеме, потерпел фиаско.Буквально пунктиром.

ПродавитьИндию и Китай в рамках ВТО («Дохийскогораунда» переговоров) США не смогли.Обойти ВТО (Транстихоокеанское иТрансатлантическое партнерства) тожене удалось. Индустрия-4.0, как новый(цифровой) контур единого регулирующегостандарта на базе правовой системы США,отложена на неопределенное время, а вусловиях цейтнота это синонимичнопровалу.

Финансовыйудар увяз в процедурах национальныхсогласований, необходимо было открыватьвторой фронт, что и произошло в 2014 году...

СЛАНЦЕВЫЙМАНЕВР

«Новыйкурс» Рузвельта по выходу из Великойдепрессии, если не учитывать егосоциальную часть, базировался на двухключевых принципах: государственныйконтроль над движением банковскогокапитала и строгое регулированиеэнергетического рынка. Первый принциптогда касался только внутренних правил,второй – общемировых. Оба позже лягутв основу Бреттон-Вудской системы.

Сфинансовым принципом все понятно.Гораздо интереснее «энергетический»,включающий в себя два тезиса. Первый– спрос на нефть не зависит от цены(нефть по 1 $/б не предполагает скачкаспроса по сравнению с ценой в 10 $/б).Второй– каждый нефтедобытчик имеет долю нарынке (если кто-то нарушает квоту, рушитсявесь рынок).

Инымисловами, спрос на нефть при росте ценпадать не будет, а низкие цены неувеличивают объемы продаж. На этойнехитрой формуле США выстроили такуюмодель глобального рынка энергоносителей,в рамках которой все его участники сталиработать на национальную экономикуАмерики.

Загод до начала Великой депрессии былсоздан Международный нефтяной картель(МНК), которые стал диктовать мировыецены. МНК обеспечивал 85% поставок нефтина мировой рынок (5 из 7 компаний МНК былиамериканскими). В чью пользу происходилценовой диктат, вопрос риторический.

Одинпример. Во время нефтяного эмбарго 1973года и шестикратного роста цен на нефтьЕвропа и Япония потерпели чудовищныеубытки, а американская Exxon(вся добыча Саудовской Аравии) показаларост прибыли на 60%.

СформулированныеФранклином Рузвельтом правила ивыстроенная на них позже модель мировогорынка, функционирует почти без измененийдо сих пор. С той разницей, что послеотказа от золотого стандарта доллараи эмбарго 1973 года, офис мировой экономикипереехал от нефтяников к крупным биржевымигрокам (банки). МНК расформировали,произошло объединение товарной ифондовой биржи Нью-Йорка.

Целью«сланцевого маневра» США (рост добычи)была и остается не энергетическаянезависимость, о которой нам поспешилизаявить международные эксперты послепубликации информации от Управленияэнергетической информации,а обрушение нефтяных цен. Все рассказыо грядущем захвате Америкой внешнихрынков и экспорте сжиженного газаследует относить к рассказам.

СШАдействительно снизили за счет «сланца»свою зависимость от импорта с 60% до 14%,но по объему закупок углеводородов онипо-прежнему занимают 3 (после Китая иЯпонии) место (были на 1-м). Дыра вэнергобалансе превышает 300 млн. тнефтяного эквивалента (10 лет назад –700 млн. т). У США не хватает внутреннихресурсов, чтобы закрыть ее.

Каковпринцип действия у «сланцевого маневра»?

СШАзанимают ведущие позиции во всех секторахмирового энергорынка. Входят в тройкусамых крупных производителей, потребителейи покупателей нефти. Наращивая внутреннююдобычу, США снижают закупки на внешнемрынке. Образуются излишки, которые ведутк обвалу мировых цен. Фокус этот Вашингтонпроделывал трижды.

Наканунекризиса 1973 года внутренняя добыча в СШАдостигла 9,6 млн. б/д, что позволило нетолько снизить потери от эмбарго, но инарастить прибыли. В 1985 году США довелидобычу до 11,192 млн. б/д (итогом сталшестикратный обвал цен, рост кредитнойнагрузки на экономику СССР и крах). А в2013 году, накануне последнего срыва ценв пике, США вышли на уровень в 12,304 млн.б/д.

Немаловажныйнюанс, рост внутренней добычи в СШАкаждый раз происходил не одномоментно,как бы в ответ на скачок цен или сокращениепредложения на мировом рынке. Ростначинался загодя, происходил постепенно(скрытно) и после скачка цен всегдаоткатывался. Это исключает версиюоперативного (рефлекторного) реагированияна кризис, и говорит об осознанности(запланированности) маневра.

Нынешнийрост добычи в США («сланец») стартовалеще в 2006 году (за 2 года до финансовогокризиса). При этом ни одна «сланцевая»компания до сих пор не показалаоперационную прибыль. Рост инвестицийв добычу идет за счет государственногосубсидирования и фондового разогреварынка (истерия, хайп).

Возникаетвопрос, зачем это Вашингтону? В чемгешефт?

Еслизнать, что почти весь энергодефицит США(300 млн. т) закрывает импорт нефти, вопростеряет смысл. Субсидируя добычу «сланца»,США выигрывают на импорте упавшей вцене нефти. Есть и сопутствующие эффектыв виде давления на бюджеты ресурсныхстран, к коим относится Россия, и созданияновой индустрии по производству СПГ.Сегодня эти для США эффекты важнееподсчетов дебета-кредита.

Обутопичности идеи экспорта американскогогаза в ЕС свидетельствует судьбаТрансатлантического Торгово-инвестиционногопартнерства (TTIP).Поставки газа в Европу были ключевымвопросом переговоров по TTIP.На требование со стороны ЕС гарантий,США неизменно отвечали, что росттехнологий обеспечит рост добычи.

Итогизвестен. TTIPне состоялось. Европа заключила с Россиейсоглашение по второй ветке «Северногопотока». Вашингтон в цейтноте. Отсюдарезкость Трампа и кажущаясянемотивированность.

КОМУЯ ДОЛЖЕН, ВСЕХ ПРОЩАЮ

Парумесяцев назад Трамп в очередной раз(первый – во время выборов) заявил, чтоза два президентских срока он «выплатит»весь внешний долг США. То есть наполнитьдолларовую пирамиду реальными активами.

Классическаяэкономика говорит нам, что это возможнотолько в одном случае, если доходы СШАкатастрофически (исходя из размеровдолга в 21 трлн. $ и поставленных Трампомсроков) превысят заимствования. Достичьтаких темпов роста производительноститруда практически невозможно.

Значитли это, что надо наплевать на заявлениеТрампа и растереть? Два предыдущихэнергетических маневра США говорят намоб обратном образе действий.

После1973 года долларовую пирамиду (внешнийоборот достигал 132 млрд. $, а внутренний– 52 млрд. $) удалось заполнить, привязавк ней всю биржевую торговлю нефтью(эпоха нефтедоллара). После 1985 года икраха СССР массовая приватизациясоветского наследства в начале 90-хсоздала огромный рынок новых активов,который буквально как пылесос всосалв себя долги США, превратив их в инвестиции.

Повторениесценария 90-х должны были обеспечить двапартнерства: Транстихоокеанское (TTP)и Трансатлантическое (TTIP).В случае их реализации новые «промышленныеофшоры» из стран АТР заменили бы своимиактивами Китай. А приватизация в странахЗапада социальной сферы и государственныхфункций (включая оборонную) создали быдополнительный рынок для «лишних»денег.

ПровалTTPи TTIPаннулировал добровольно-принудительныйсценарий погашения американского долга.Остался чисто принудительный (силовой)вариант. Это главное, что необходимосегодня понимать про стратегию будущегоСША.

Запустивмасштабную эмиссию, Запад дискредитировалсистему мировых сбережений. Отрицательныеставки по депозитам требуют тратитьденьги здесь и сейчас, будущего нет(откладывать «про запас» бессмысленно),а тратить их кроме потребления некуда.В этом огне сгорают накопленные в прежнемформате рынка потенциалы роста новыхэкономик (источник мировых денег).«Сланцевый маневр» снизил зависимостьдоллара от нефтяного рынка.

Эмиссионныйи углеводородный аспекты «Новогокурса-2.0» зафиксировали фактическуюликвидацию прежней системы международныхотношений. Реформа МВФ, игнорированиеправил ООН, СовБеза и ВТО. Процесс хорошовиден по скандалам с допингом, Скрипалямии химическими атаками в Сирии. Цель –утвердить право силы, сделать юрисдикциюсуда Нью-Йорка экстерриториальной,ввести коллективную ответственностьдля всех субъектов мирового рынка.

Возможноли такой объем задач и в такие срокирешить мирным путем?

Дляреализации «Нового курса» ФранклинаРузвельта потребовалась Мировая войнаи принятие Бреттон-Вудской системы,которая гармонизировала финансовыйоборот и энергетический рынок (свеланиточку с иголочкой). Интернационализациядоллара позволила запустить проектглобализации по американским шаблонам.

Сложностьсегодняшней ситуации в том, что свободноедля освоения пространство отсутствует,двигаться можно только вглубь, увеличиваястепень неравенства. Конфликт развиваетсявнутри общей цепочки обмена стоимостями.По итогам «холодной войны» в долларовыйводоворот были втянуты все мировыеактивы, но политически новая экономическаяконструкция закрепления не получила(новый мировой порядок).

Всеочень «на тоненького». Принынешнем уровне добычи газа его запасовв США хватит всего на 10-12 лет (длясравнения, на Ближнем Востоке 200 лет), афинансовый пузырь с каждым днем наливаетсяновыми красками. Времени у США практическинет. Действовать приходится в оперативномрежиме, не гнушаясь провокаций, открытойподтасовки фактов и откровенной лжи.

Надопонимать, что когда Трамп говорит опогашении американского долга, речьидет не о выплате дивидендов и погашениикредитов. Речь о том, чтобы сохранитьдоллар в качестве главной расчетнойединицы мира. Для США принципиальносохранить «волшебный механизм» мировыхинвестиций, когда они берут обязательства(эмитируют долг), а платит по ним весьмир.

Кредитно-денежнаясистема это не сейф с золотом, по которомуможно постучать палкой. Это сложнаяинституциональная конструкция, венчаеткоторую механизм принуждения к исполнениюправил. Конечным гарантом являютсяавианесущие группировки и силы ядерногосдерживания. В системе долгосрочныхгарантий рыночные абстракции переодеваютсяв национальные мундиры.

ВОЗМЕМРУЖЬЕ? ПОЙДЕМ ДОМОЙ?

Что«Новый курс-2.0» означает для Китая иРоссии?

Выводпервый(самый, пожалуй, главный): капитализироватьсвою модель роста в рамках вновьскладывающейся системы можно толькона условиях и по правилам США. В обменна технологии и порядок Вашингтонсегодня требует уже не ресурсы (трудовыеили природные), а суверенитет – правона историческое будущее.

ПередКитаем и Россией поставлен простой (нев смысле легкости, а в плане отсутствияманевра) выбор. Либо встроитьсяв американский проект и использоватьдля своего развития долларовую финансовуюсистему на условиях сдачи суверенитетана аутсорсинг. Либо развивать собственныйпроект на основе новой кооперации иновых (вновь создаваемых) финансовыхинститутов.

Какпоказала практика, капитализироватьсебя на текущем потоке стоимостей впределах англосаксонского институциональногопространства невозможно. «Стоимость»экономик России и Китая ничтожно малапо сравнению с сопоставимыми экономикамиЗапада. Капитализация – это не текущая,а будущая стоимость, оценка перспектив.Мировая финансовая система «не видит»перспектив у Китая и России.

Какпример, капитализация «Газпрома» сегодняне дотягивает до 60 млрд. $. Еще недавно(пока Россия не проявила амбиций) онасоставляла 450 млрд., а на заре русскогокапитализма не превышала 7 млрд. Значитли это, что «Газпром» резко подорожал,а потом также резко подешевел? Или этозначит, что его перспективы сначалараздули, а потом искусственно ограничили?

Кслову, «Газпром» в натуральном выражении(отношение к запасам) «стоит» 0,34 $ забаррель нефтяного эквивалента, аExxonMobil– 15,5 $. Разница в 45 раз. Собственно эта(45-кратная) разница и стоит сегодня накону. Вопрос лишь в том, кто возьмет кон.США в рамках существующей финансовойсистемы или Россия в рамках новойкооперации (ЕАЭС, ШОС, БРИКС).

Выводвторой:в условиях распада глобальной моделиразвития и дезорганизации мировойсистемы расчетов значимость природныхресурсов резко возрастает. Мы этонаблюдали в виде колоссального ростацен на нефть в нулевых годах. В течение100 предшествующих лет цена природныхресурсов снижались в среднем на 0,2% вгод. Даже сегодня после «сланцевогоманевра» США цена на нефть остаетсябеспрецедентной.

Мирждет очень жесткое столкновение заресурсы, ограничивающие рост (2/3 товарнойстоимости это сырье и энергия).Свидетельством тому фактическаяприватизация американцами нефти Ирака,планы по созданию независимого Курдистана,свержение Каддафи, Сирия и нарастающеедавление на Иран и Россию. Углеводородыостаются важнейшим источником энергиии сырья для развития мировой экономики(двигатель производства).

Побольшому счету, тут следует говорить опротиворечиях трудовой теории стоимости,которая есть результат ошибочныхпредставлений классиков политэкономиио неисчерпаемости природных ресурсов.Как считал Жан-Батист Сэй, природныебогатства не могут быть ни увеличены,ни исчерпаны, а потому не представляютсобой предмета экономической науки.

Внутренняяпротиворечивость трудовой теориистоимости тема отдельная. В данномслучае важно понимать, что экономикауслуг или цифровая экономика, о которойнам с таким энтузиазмом рассказываютярмарочные (по выражению, НуриэляРубини) зазывалысама по себе не накормит голодного и несогреет замерзшего. Блистающийпостиндустриальный мир возможен толькопри наличии индустриального антимира.

Главноедля нас в назревающей схватке не скатитьсяв экономический редукционизм и товарныйфетишизм. Новый мировой порядок будетстроиться не на капитальных активах,производственных цепочках и торговыхрежимах. Экономические показатели,безусловно, важны, но преимущество вмире будущего получат те страны, которыесумеют сгенерировать и развернуть впроект аутентичную модель развития.

Новаямодель будущего должна базироватьсяне на экспортных (во многом случайных)доходах, а на ожиданиях и приоритетахнаселения, оформленных в общий наборцелей и скрепленных системой безопасности.Речь не о капитализации новогопромышленного уклада, а о выживанииистории и сохранении многообразиякультур.


                                                         Автор - доцент Финансового университета при Правительстве России.